Размышления

C гневом поразительная всегда история.

Люди обычно сдерживают раздражение, чтобы уберечь партнера, мол, потерплю. То есть, вроде, чтобы сохранить отношения. В результате раздражения накапливается столько, что отношения становятся попросту не нужны. Они обычно заканчиваются потому, что всякая радость из них уходит. То есть, происходит именно то, от чего человек пытался застраховаться.
Раздражение, как яд - по капле лекарство. Сразу много - смерть.

Что-то такое не новое сформулировала. Все равно поделюсь.

Как правило, мы не можем контролировать приход некоторых мыслей и некоторых чувств. Появление других (чувств и мыслей) можем, пропорция «могу/не могу контролировать» зависит от предшествующего опыта и психической конституции, но в целом бОльшая часть чувств и мыслей не может быть проконтролирована в смысле появления. Все человеческие защитные приспособления относятся не к контролю их появления, а к тому, что психика сделает с мыслями и чувствами ПОТОМ.


Все, что я говорю, не относится к подавлению формата «психоанализ and co». Чувства, о подавлении которых говорит психоаналитическая теория (и психотерапевтическая практика) - это более табуированные, глубокие и тяжелые чувства (и мысли). В их случае уместно говорить о том, что мы не контролируем их подавление.

Так или иначе, человеческое сознание не очень может произвольно контролировать появление (и исчезновение) на своей арене мыслей и чувств. Как тогда можно говорить о вине по поводу каких-то чувств (или мыслей)? Вина может быть только за поступки. То есть, за то, как мы распорядились чувствами и мыслями. Впрочем, вина - тоже чувство, мы не всегда можем ее контролировать :)

Жаль, что я не писатель. Я бы писала все, что захочется. Всегда можно отмахнуться: Шарлотта, ты не в своем уме. Это всего лишь наброски для романа (с). В отличие от Владимира Владимировича, мне сочинять не удается. Все достаю из себя.

Одно из самых обескураживающих моих открытий: у мира гораздо больше возможностей в смысле сотворения чудес. В попытке создать чудо самой, я лишь мешаю ему случиться. Чудесам трудно случаться, пока я сижу в своей «лаборатории чудес» меж двух колб с просроченными реактивами. По масштабу эти два типа чудес (мои и мира) соотносятся, как метеоризм и метеорит. Я говорю это, чтобы исключить и ваш соблазн чудить самостоятельно: оставьте.

Чтобы не мешать миру создавать чудеса, не нужно ничего кроме признания своего бессилия перед ним. Стоит признать, что есть вещи сильнее меня, они становятся видны. Обычно так выглядит чудо :)

Независимость - это не отсутствие потребностей, связанных с другим человеком, а хорошее осознавание этих потребностей. Зависимость создается неосознанными потребностями: чтобы «отвязать» их от партнера, их нужно осознавать. Тогда становится возможным их распределение в поле, между другими объектами. Неосознанность потребностей ведет к развитию зависимости.

Про третьих людей


И глупцы и умные безвредны. Опасны только полууглупые и полуумные.
Иоганн Вольфганг фон Гете

(эпиграф)


Буду писать ужасные вещи. Так прекрасно, как мне нравится, об ужасных вещах пишет только Прекрасная Марта: в финале жаль до слез главного злодея, и давно никто не виноват. Я так не умею, буду, как получится. Знаете, чем отличаются нормальные от сумасшедших? Наверняка. А чем отличаются нормальные от полоумных? В чем разница? Сейчас расскажу. Нормальные нормально думают, говорят и делают возможные вещи, как возможные. Либо думают и говорят невозможные вещи, но не делают их. Все ясно. Некоторые люди делают невозможные вещи, как невозможные. Этих мы зовем сумасшедшими. С ними все просто - держись подальше и предупреди детей, а несмышленых - подхватывай на руки и беги. Поглядим на третьих. Они делают невозможные вещи как возможные. Этих-то и нужно узнавать вовремя, чтобы не сойти с ума.

Сумасшествие пугает нормальных, таков главный закон здоровой психики. В этом его плюс. Пугаясь, мы охраняем собственное душевное здоровье. Возможному и невозможному нельзя давать соприкасаться: иначе на границе возникает диффузия, и вы попадаете в положение психиатра из анекдота, приглашенного больным на прогулку по своему внутреннему миру. Потом хозяин положения предложил бедному доктору самому найти дорогу назад: «Если бы я знал, где тут выход!..». Еще короче эту опасность сформулировал мой стародавний приятель-невролог: «Не вникай». Так любой из нас реагирует на безумие: отходит. Не верите, попробуйте сами поэтапно представить себе душевные движения многодетного семьянина, который заперся в ванной комнате, чтобы порубить жену в рагу. Полный reset.

Иное дело - пограничная психиатрия. Люди, чьи личность и поступки балансируют на грани нормы, из века в век возбуждают наш живой интерес. Я - не исключение. Ловушка N1: посягнувший на невозможное учит нас не подходить к краю, посягнувший на маловероятное -соблазняет подойти и заглянуть. Если ему можно, почему мне нельзя? Ценой своего душевного здоровья он уже смешал для нас невозможное с возможным (получилось маловероятное), нам остается лишь съесть пирожок и выпить из бутылочки. Годами чуть-чуть странное поведение смущает, раздражает или восхищает, но беды со «смельчаком» не происходит. Мы с интересом присматриваемся: а как это?

Соединять несоединимое - рецепт проходимости сквозь стены. Например, не выходить замуж - нормально. Выходить замуж- нормально. А как вам вариант выйти замуж за одного, чтобы на тебе женился другой? (В смысле - выйти, слегка позамужничать, покинуть Решительного Принца, и обратно, к нЕРЕШИТЕЛЬНОМУ). Все элементы пьесы по отдельности - в порядке. Вместе - не очень. Но в этом и соль. Каждая третья, услышав такую историю, подумает: а может, и мне?

Видите самое опасное? Они выворачивают реальность наизнанку не целиком. Если у вас ярлык снаружи и швы наверх, ясно, что вы олух или оделись впопыхах. Тут другое: швы наружу, а ярлык вовнутрь. Это мода такая, деревенщина. Успевай за временем! И - готово дело, вы уже чешете репу. «Может и мне?»

Или: два диплома, а она пляшет нагишом на столе? Мы бы и сами сплясали, но стесняемся целлюлита? А она - не стесняется. Будьте внимательны к появившемуся за грудиной зудочку «может и мне?». Можете и сплясать, но тогда вам придется кое-чем пожертвовать. Все начинается с любопытства «как же она, все-таки, не стесняется целлюлита и танцует нагишом на столе?». Заканчивается (в лучшем случае) - вашими танцами нагишом на площади, а в худшем … узнаете позже, чем. Самое время описать ловушку N2.

Пограничная психиатрия, вместо реакции отшатывания, рождает у здоровых и неопытных нездоровое желание разобраться. При встречах с маловероятным, остерегайтесь собственного естественно-научного возбуждения. Вы заплатите потраченными годами жизни, в течение которых вы тщетно пытались понять «а как это - танцевать нагишом на столах» («выходить замуж, чтобы выходить замуж»). Если вы даже соблазнились и сплясали нагишом сами, это можно вытеснить, но время жизни - не вернешь.

Ловушка N3 самая «неожиданная».

Люди, поведение которых укладывается в описание пограничной психиатрии, столь же увлечены тонкими материями, сколь плохо в них ориентированы. Непрерывно экспериментируя с полутонами полутонов «невозможно» и «возможно», к середине жизни легко организовать в своем сознании приличную сумятицу, что чаще всего и происходит. То, что мы с вами не делаем просто потому, что нам справедливо запретили в детстве, они делают потому, что с ними самими это делали в детстве. Они могут воровать или не воровать, проституировать или блюсти всю жизнь целибат, подробности не так существенны. Важно другое: вы никогда не поймете, где у них пролегают морально-этические границы, поскольку те всегда плывут.

Например, она просит его оставить ее в покое, а у него другое мнение. Мы бы с вами на просьбу «оставить в покое» среагировали максимум раза с третьего? А тут не хватило и семи лет. Нет такого правила: оставлять кого-то в покое, если тот просит. Тогда почему бы не продолжать? А странные аргументы про душевную боль такому человеку - невразумительны. Как если бы вы играли в теннис об стену, а мяч попросил бы вас перестать потому, что ему больно. Даже если такая болезная фантазия и пришла вам в голову, вы бы сделали скидку на жару и продолжили лупить по мячу. В его упругом «чпок» только сумасшедший способен услышать «оставь меня в покое».

Вступление к описанию последней ловушки затянулось. Она звучит так: разбираясь, что к чему, вы можете пострадать. «Пограничники», в силу неясности внутренних критериев «плохо» и «хорошо» - жестоки. Иначе фристайл «от замужества к замужеству» был бы невозможен.

Время подвести итоги.

Два первых свойства пограничных отношений: соблазнительность рисков и увлекательность их анализа - делают весьма вероятным их третье свойство-итог: в результате этих отношений вы наверняка пострадаете. Чтобы сохранить в целости свои время, самоуважение и психику, нужно соблюдать три простых правила:

1. Не вникай (помни бедного психиатра)
2. Не пытайся повторить (помни танцы на столах)
3. Держись подальше (помни Решительного Принца)

Этот текст прекрасно подошел бы ко дню психического здоровья, но я его несколько переносила. Не обессудьте :-)

С тех пор, как я веду учебные группы, наши четыре хрестоматийные защиты вечно живут во мне во время работы с клиентами. Как четыре птенца, непрерывно хотящие есть. А они - хотят дополнительных, более ярких примеров себя. И более емких и быстрее проникающих в суть определений. Происходящее во время работы я почти всегда пропускаю не только через фильтр «что полезно клиенту», но и через еще один: «вот яркий пример такой-то защиты, надо будет запомнить». И занятно, что чем больше проходит времени, тем меньше остается подходящих слов. Как-то оно все девербализовывается. Обретая чутье, я теряю голос :)

Решила поделиться с вами тем, что осталось у меня от былого понимания того, как выглядят на практике известные в гештальт-теории защиты.

Слияние существует для того, чтобы спасти от одиночества. В работе со слиянием вы можете опираться на что угодно. На извечное «мы», на смазанность границ, на мутность потребности. Еще один из признаков слияния - попытки людей уверить себя (и вас), что люди похожи друг на друга. Чем активнее вы будете напирать на то, что вы другой, тем сильнее он сопротивляется. Сегодня я похвалила сына за то, что он хорошо прочел стихотворение на школьном празднике. «Нет, плохо!» - сказал он. «Я считаю, что хорошо, - ответила я.»Я могу иметь свое мнение!?«. Он подумал и ответил»Не знаю«. Действительно. Если мое мнение другое, то что он будет делать со своим мнением один? Тогда он останется без меня.
Но сильнее всего ясно, что это именно слияние - когда вы пытаетесь отпилить одно от другого (что бы это ни было - мнение, потребность, граница), и видите, что человек цепенеет. Для него это прежде всего страшно. Я другой. Значит, я один. Я не готов. Пусть мы лучше будем похожи. Здесь должен быть ваш вопрос:»Что случится, если окажется, что ты другой и у тебя - иначе?«.

Интроекция по логике вещей идет как раз после слияния.»Я не другой. Я такой же как ты, потому что с тех пор, как ты объяснил мне, как должно быть, я так и делаю«.
Интроекция похожа на полугибкий каркас внутри мягкой игрушки. Берешь ее в руки, она проминается. Но что-то мешает. Пытаешься найти, что это, и не можешь, оно ускользает. Но ты понимаешь, что там что-то есть, потому что игрушка отказывается изменять положение. Когда удается его (каркас) нащупать - это и есть момент поднятия интроекта на поверхность. Чем в меньшее количество шагов удается это сделать, тем сильнее удивление клиента.»Людей вообще нельзя любить. Людей? Нельзя любить людей?! Какой брееед«.

Ретрофлексия. Когда-то казалась мне чуть ли не бичом психического здоровья. Да ничего подобного. Так, корочка на поверхности царапины :) С нею одной и делать-то ничего особо не надо. Прослеживать. Конечно, бывают тяжелые случаи. Они столь редки, что были высмеяны Костей, Славой и мной :)

Проекция последнее время мне кажется чем-то наиболее безумным из всего ряда. Потому, что то, что я делаю в первых трех случаях, я, все же, делаю с собой. А в случае проекции - с другим. С какого перепугу? То есть, ясно, что»они все такие, как я«. Но не настолько же :))) Проекция у меня ассоциируется прежде всего с потерей зрения. Изрядно уменьшить ее удается даже без прямого осознавания - просто стимулируя сенсорную активность человека:»Видишь ли ты мое лицо? Хорошо ли меня слышишь? Похожа ли я на твою маму? Еще раз, внимательно: говорила ли я «умри» или тебе все же послышалось?«. И так далее. Иногда мне кажется, что способствуя осознанности восприятия можно убирать проекции более эффективно, чем при помощи традиционной их ассимиляции. По моему ощущению успешность в данном случае выше, но ниже уровень осознавания того, что проекция была. Если же ассимиляция удается, то клиент всегда признает, что это он (не вы и не мама) говорит»умри«. Но сама ассимиляция - процедура более трудоемкая, чем просто помочь человеку»разуть глаза".

Извините за мой разговорный язык. Пишу без редакции. Зато живенько :)

-

PS Забавная деталь состоит в том, что актуальность тех или иных защит и субъективная трудоемкость работы с ними в моем восприятии - зависят, разумеется, в первую очередь от того, на каком этапе нахожусь я сама. А я как раз добралась до слияния. Поэтому, конечно, ретрофлексия мне уже давно неинтересна :-)

Помните не новый дискурс про «передай ответственность другому»? Придумала тут кое-что.

Допустим, ответственность, это тяжелый чемодан. А Другой, которому ее хотелось бы передать, это ваш партнер по прогулке. Вы с ним куда-то идете вместе, и Ответственный Чемодан всегда у вас. Поскольку вы более ответственный, вы несете его и страдаете. И периодически поглядываете на своего Партнера Налегке.

Как это обычно выглядит на приеме у Доктора? Ответственный Партнер приходит и говорит, Доктор, как бы мне передать ответственность моему Налегке Партнеру? Доктор, конечно отвечает: «Прям так!». И тогда Ответственный начинает ощущать ужасную тревогу и тоску. Он говорит что-то вроде: «Как же это,»прямтак«? А если тот уронит? Я ж должен ему отдать Ответственный Чемодан только, когда увижу распростертые руки. Он должен его принять со всей мерой ответственности (как у меня!). Должен быть готов. Ощутить, так сказать. Осознать. Проникнуться». И так далее.

В чем тут хитрость? Забота Ответственного Партнера о том, чтобы ответственно передать Партнеру Налегке свою ответственность - это и есть его Чемодан. Если хотите отдать кому-то, кто долго руками размахивал, какую-то ответственность, то не ваша ответственность, готов ли к этому Партнер Налегке. Просто поставьте Чемодан на тропику и продолжайте свой путь Налегке :)

Обучающая группа первой ступени по гештальт-терапии >>

Зависимость от внешней оценки


… напрямую связана со знанием себя: она отрицательно коррелирует с уровнем рефлексии. Проще говоря, чем хуже я себя знаю, тем проще другому ввести меня в заблуждение относительно меня самого. Проблема в том, что в потоке это ощущается иначе, чем тут сформулировано. Незнание себя не выступает в качестве фигуры. Оно работает как фон, а на нем разворачивается повседневная будничная драма, когда любое неосторожное слово способно повергнуть в пучину самоуничижения, а вся основная моя деятельность так или иначе сильно завязана на внешний результат, на одобрение, на оценку. И крайне желательно - высокую. Поведение в результате выглядит не как активное, а как реактивное. За похвалой следует радость и вдохновение продолжать зарабатывать новую похвалу, за порицанием - горе или унижение и - нежелание продолжать что-либо делать.

Помочь тут можно поэтапно. Сначала - разворачивая фокус внимания обратно вовнутрь. От «они думают, что я» - к «я думаю, что они». От «я опасаюсь, что они…» - к «я сам хотел бы то-то и то-то» и «не хотел бы того и того». Иногда работа идет через проекцию, от «я думаю, что они думают, что я не справляюсь» - к «я не очень справляюсь и много думаю о том, что другие заметят это». Далее, когда проекции присваиваются, может обнаружиться, что сам я отношусь к себе очень так себе. Думаю о себе черти что, плохо себя понимаю, чувствую себя фрагментарно. В смысле предпочтений и ограничений ориентируюсь не феноменологически (по ощущениям) а исходя из каких-то застарелых концепций.

Желания и предпочтения, разумеется, сильно связаны с чистотой ощущений, поскольку первые рождаются из вторых. Чем хуже себя ощущаю, тем слабее ориентируюсь в желаниях, предпочтениях, тем сложнее мне сформировать собственную позицию относительно чего-либо. Чем слабее все выше перечисленное, тем проще что-то навязать мне извне. Если при этом я как-то исторически думаю о себе плохо, то, разумеется, я крайне сильно зависим от внешних персонажей, которым вздумается прийти и как-то там оценить меня, хорошо или плохо. Короткий вывод такой: хотите меньше зависеть от чужих оценок - изучайте себя. Психотерапия хорошо подойдет. Также хорошо работают медитация и другие духовные практики под руководством вменяемых людей. Впрочем, под началом вменяемых людей все хорошо :)

Писать нынче про работу психотерапевта - огромная проблема. Возможно, остальные пишущие коллеги вам никогда не откроют этот секрет, но я открою. Ничего нового в нашей профессии уже давно не происходит. Известны все способы работы со всем. Известно, что все эти способы не всем помогают. Любой способ от всего - ложь. Любое открытие - ложь или компиляция из чужих открытий книг. Единственное, что можно продолжать делать - это пытаться писать более или менее красиво о том, что волнует. Другой вопрос - зачем? Сама я обычно этого и не делаю. Скорее - к сожалению, поскольку иногда писать красиво - просто приятно. Но последние годы я начала испытывать стыд от того, что пишу то, что все или почти все знают. Можно успокаивать себя тем, что рождаются новые люди. Вроде как, для них пишем. Новые старшеклассницы снова прочтут о том, как избавляться от настырных поклонников. Новые брошенные жены узнают, как реабилитироваться после измен. С другой стороны, зачем об этом писать, если все можно нагуглить?


Поскольку многие из нас (я в том числе) - внушаемые завистливые обезьяны, нам часто кажется, что «там» все решено. Публицистический гольфстрим обильно приносит в последние годы массу «тамошних» текстов, преимущественно формата «I fucking love science». Звучат они обманчиво-многообещающе: «ученые Массачусетского университета выяснили, что у 47% мстительных людей в первой половине дня активность такой-то зоны мозга на 15% выше (ниже), чем у тех, кто быстро забывает обиды. Также выявлена устойчивая зависимость между продолжительностью ночного сна и счастливой жизнью в восьмом браке. Все это отрицательно коррелирует с пристрастием к чернике». Читатель умильно сложил руки на груди: «Как хорошо, что я свободно читаю по-английски!» или «Как хорошо, что этот добрый человек прочел для меня все это и доступно изложил по-русски. Теперь-то я знаю, как быть с собой и другими». Не спешите выбрасывать мамино черничное варенье радоваться. Когда вы окажетесь на моем месте, в кресле психотерапевта, вам это ничем не поможет.

Я поддерживаю точку зрения, что психотерапия - это ремесло. Не искусство и не наука. Считать ее наукой - унизительно для науки. Считать искусством - унизительно для нее же самой. И когда перед вами сидит шестой за день плачущий, расстроенный или запутавшийся человек, вы вынуждены, так или иначе, делать каждый раз примерно одно и то же. Без подвигов, без интеллектуального метеоризма. Без революционных нововведений. Единственное, что вы можете попытаться - делать это хорошо. Или хотя бы - как следует. И в этом смысле - писать не о чем. Все давно написано.

Про терапевтическую поддержку, сырое

Сегодня во время работы спонтанно прочла речь. Там было что-то про терапевтическую поддержку. Передаю примерное содержание.

Поддержка, в традиционном смысле этого слова, в терапевтическом процессе не только не нужна, но может даже наносить вред. Традиционную поддержку я понимаю, как месседжи типа «все хорошо», «все будет хорошо», «ты хороший» и т.д. Предполагается, что человеку от такого месседжа станет сиюминутно лучше, чем было.

На самом деле терапевт не в этом должен быть заинтересован. Терапевтическая работа, словами классика, с которыми я абсолютно согласна, состоит в том, чтобы встретить человека там, где он в данный момент находится. Встреча предполагает признание человека в данный момент со всеми его чувствами, мыслями и потребностями. (Способность, кстати, признавать почти любого человека с почти любыми его мыслями и потребностями именно сейчас, и в том месте, где он находится, прямо пропорциональна проработанности терапевта, но это тема другого какого-то поста.

С признанием есть одна тонкость. Если человеку хорошо, он ощущает прилив сил, подъем, надежду, чувствует, как сквозь него циркулирует жизнь, то признание его в этой точке делает его восторг от существования еще более полным. Если же человеку плохо, рухнули его надежды, он раздавлен, испытывает боль, гнев, унижение или отчаяние, то в тот момент, когда его со всем его багажом встречают (признают), ему становится не лучше, а хуже. На какое-то время, но хуже. Это и есть точка под названием импасс (тупик), в которой парадоксально ломается ситуация. Признавая реальность, можно меняться и двигаться дальше. Но лучше станет далеко не сразу, а только после принятия данности и первого шага вперед, каким бы этот шаг ни был.

Это и есть, по моему мнению, терапевтическая поддержка. И, в этом смысле, от поддержки не становится ни хорошо ни плохо. Хорошо или плохо человеку только от самого себя, а вся терапия - и есть непрерывная поддержка. Тогда понятно, почему поддержка, в традиционном понимании, вредна. Месседж «все будет хорошо» ничего не помогает признать и никого нигде не встречает. Это не более, чем псевдогуманистический кляп, чтобы заткнуть сидящего перед вами. Но звучит мило :) И многие «коллеги» пользуются.

Страницы:  « 1 2 3 4 5 6 7 8 »  »»
Тел.: +7 (929) 5553855
Психологические услуги
Публикации и книги
ЧАВО
Вебинар-тренинг «Пиши!»
Представляем вашему вниманию тренинг для психологов «Пиши!». Тренинг рассчитан на практикующих психологов, которые заинтересованы в расширении собственной практики при помощи публикаций в Сети. В программе тренинга супервизия вашей практики, выделение вашей ЦА, формулировка вашего УТП, обсуждение специфики психологической публицистики, создание плана вашей первой публикации.

Автор и ведущий тренинга - создатель и директор Психологического Центра «Gaverdovskaya Studio» - Полина Гавердовская, психолог, клинический психолог МГУ, тренер и супервизор МГИ, сертифицированный гештальт-терапевт (European Assosiation Gestalt Therapy Sertificate).



Летняя терапевтическая группа «Про любовь»

Это будет уже вторая летняя терапевтическая группа на эту тему. На этот раз мы ждем вас в августе. Приходите! Будем снова говорить о любви. Что для вас любовь? В каких вы отношениях с ней? А она с вами? Хотели бы вы что-то понять про нее, любовь? Про себя с ней? Без нее? И что для вас лучше - когда она есть или когда ее нет? Кому и сколько нужно любви? Как пережить, когда ее меньше (или больше?), чем нужно? Где ее искать, как от нее отказываться? Да мало ли, какие могут быть у нас разные отношения с любовью…

Еще мы будем говорить о чувствах, которые сопровождают любовь - о страсти, о нежности, о близости, о радости и грусти. О чувствах, которые останавливают любовь - о злости, ревности, зависти, о боли и обиде. О том, какую цену приходится платить за любовь… и какую за ее отсутствие.

Группа будет длиться всего 3 дня. Именно это время будет отведено нам на жизнь в группе. За 3 дня можно успеть многое или ничего не успеть, можно рискнуть и сказать о самом важном или уйти, оставшись со своими чувствами и мыслями наедине. Вы сможете рискнуть и побыть настоящим, не пытаясь казаться и соответствовать чьим-то ожиданиям, сможете просто поделиться чем-то важным, почувствовать принятие и поддержку. И мы, ведущие, тоже постараемся быть честными с вами, а главное - с собой.

Подробности >>




Шестидневный терапевтический интенсив «Возвращение»
Шестидневный интенсив по работе с созависимыми состояниями. Киев, июль 2017 года.