Зубовное-2

Мда. Ну, что сказать, граждане? Это неприятно. И психологически гораздо противнее, чем рожать. У вас, говорю, слюноотсос есть? Нет, пожал плечами доктор: «Нам, хирургам, слюни не мешают».

Запомнилось простецкое его обхождение с моим мясом. То бишь, он ломится к зубу, как к основной цели, а цель - глубоко в мясе. И мясо - препятствие. И он с этим мясом, как с препятствием и обходится. То есть, деловито роет его, отщипывая особо неудобные куски. Это забавно. Еще занятное ощущение, когда от тебя (внутри головы, можно сказать) отрезают твое мясо, и тебе не больно. То есть, болевая чувствительность спит, но какая-то еще (тактильная, вибрационная, не знаю) - остается. И она тихонько подсказывает, что там, в твоем рту дерут кусками твое мясо. Во-о-от.

Хирург на самом деле душка. Никогда мне так не делали уколы в рот. То есть, вообще не больно, а уколов, меж тем, надо много, штук пять. В столько приемов мне как раз вынимали зуб. В память впечатался запах… нет, не жженой кости, а гари. Изо рта, пардон, идет конкретный дым, и от него кашляешь. А глаза щиплет.

Зубик попался что надо. Сдаваться у него было не в планах, несмотря на то, что ничего кроме проблем он мне за свою недолгую жизнь не принес. Держался он до последнего. Сильнее всего на мое воображение подействовал не запах гари, не ошметки, которые доктор выкидывал в зубную урну, а - мгновения докторского замешательства.

То есть, представьте себе: мужик просто потеет. Он просто-напросто тяжело дышит. Он, понимаете, долбит мой рот, он его пилит и сверлит, часто меняя инструменты. Потом - распрямляется и глядит в потолок несколько секунд. Потом - склоняется - и снова в атаку. Это вам не клумба роз, товарищи.

Кстати, уверена, что товарищ доктор - не позер. И то, что он то и дело брал себе секунду-другую для концентрации - это не поза, а пауза. Мужик внутренне готовился к марш-броску. Да и вряд ли, честно говоря, имел в мыслях произвести какое-то там впечатление на замершего в его кресле человека с окровавленным лицом: обоим не до того.

Выкорчевав из меня последний обломок, он облегченно вздохнул и объявил с нескрываемой гордостью: «28 минут. А за границей вас бы на недельку госпитализировали!». Потом добавил: «Ни слюней, ни крови толком. Со страху всё в ноги утекло».

«Особенно - слюни» - непременно пошутила бы я, но в тот раз у меня не получилось. Да, в это время за перегородкой бурили стену. Пропадала еще одна шутка, озвучить которую я была тоже не в состоянии.

Начало