Мое место в строю

Пьерро, держа на руках Мальвину без чувств:
- Буратино, беда! Мальвина … пропала!
Буратино:
- Как «пропала»?! Ты же держишь ее на руках!
Пьерро:
- А ты понюхай…

//Анекдот//


Я вообще к смерти отношусь всерьез. В том смысле, что смерть - это навсегда. Наивные, кто ни разу умирал, пожмут плечами и заведут глаза в натяжной потолк: мол, кто знает… Вы-то, может, и умрете, а я - особенный.

Я не такая особенная. Не думаю, что солдаты превращаются в белых журавлей. Смерть служит предельной метафорой неисправимого. Если вы принимаете факт, что некоторые вещи исправить нельзя, вы, как и я, знаете, что однажды умрете.

Мне повезет! - думают бессмертные. - Можно портить вещи, куплю другие. Можно предавать, меня простят, если я попрошу. Можно исчезать на целую жизнь, меня пустят назад, если извиниться. Можно…

Можно многое. Но только если вы и другие бессмертны. Я не такая. День рождения можно отмечать сорок с лишним раз, можно и пятьдесят, если случится. Но умирают один раз. Во всяком случае, я - всего один. И если я умираю, меня больше никогда не будет.

Тут главное не путать смерть с нелюбовью. Смерть не значит, что я больше не люблю. Смерть значит, что я больше не вернусь.